10 фактов о наименованиях веществ и книге «Начала элементарной химии»

1. Наименовать вещество — не только наречь первенца, явившегося миру. Это еще и представить его в свете истины, потому что имя в химии — больше, чем только имя. И здесь мы совсем близко подходим, может быть, к самому важному в понятийной дидактике «Начал…».

2. В XIV в. доминиканский монах Иоанн де Санто Джеминиано из Сиены написал трактат «О поучениях и сходствах вещей» — подобие энциклопедического словаря, с алфавитным расположением слов, но не по предметам, а по свойствам, символизирующим эти предметы.

3. Французский язык все особенности химической номенклатуры передает, понятное дело, хорошо. Курьеза ради отметим, что в 1868 г. в России предпринимались попытки русифицировать химический язык. Так, хлорид калия предлагалось именовать Калием Хлоровичем, а хлороксид того же калия — еще и по фамилии: Калий Хлорович Кислов. Предложение не прошло, хотя в 1948 г., печальное время борьбы с «космополитизмом и низкопоклонством перед иностранщиной», было бы встречено с большим восторгом.

химия

4. В «Вводном слове» Лавуазье проницательно предупреждает (речь уже не о языке): «…Ошибочные суждения, делаемые нами при изучении наук и ведении научной работы, не затрагивают ни нашего существования, ни нашего благополучия (в отличие от ситуации ребенка, которого «учит жизнь» «страхом лишения или страдания». — В. Р.); никакой физический интерес не принуждает нас исправлять их, наоборот, воображение постоянно увлекает нас за пределы истины; самолюбие и вызываемая им самоуверенность побуждают нас делать выводы, не вытекающие непосредственно из фактов». Не здесь ли верный путь к наукоподобной мифологии? А заслон этому ученый видит опять-таки в точном и однозначном слове, ясно отражающем представление об исчерпывающе подтвержденном факте. Опытом подтвержденном. Так, устанавливая состав воды, Лавуазье не только получает воду сжиганием водорода в кислороде, но и разлагает ее на водород и кислород, пропуская пары, как уже было сказано, над раскаленным железом. Он дополнительно проверяет обнаруженную им законосообразность тепловыми и весовыми балансами во всецелой опоре на универсальные законы сохранения массы и теплоты в химических превращениях.

5. Номенклатура веществ, разработанная Лавуазье и положенная им в основание учебника, тесно увязана с описанием превращений веществ и механизмов этих превращений, строго соответствующим прямому опыту и непосредственному наблюдению. При этом еще не известное непременно следует за уже известным и пройденным. Все это читатель найдет в первой части «Начал…».

6. Новая теория горения — в противовес флогистонной теории Шталя — и классификация веществ, данная в новой номенклатуре (кислоты, оксиды металлов и неметаллов, соли), взаимоувязаны и изложены по общему теоретическому плану. Таблица простых тел (химических элементов) включает кислород, водород, серу, азот, углерод, фосфор и металлы.

7. Эта теоретическая (экспериментально подтвержденная) часть учебника — удобопреподаваемый результат исследовательской программы Лавуазье, возникшей из вопросов к безмолвным явлениям вещественного бытия: почему одни тела горят, а другие — нет? Почему при горении выделяется теплота? Почему металлы (олово или цинк, например) после обжига превращаются в порошки, не похожие на исходные металлы? Учебник убедительно отвечает на эти вопросы. Сегодня, в пору расцвета интернета, у нас, конечно, появилось множество программ и приложений, с помощью которых мы можем искать ответы на разные вопросы. К примеру, обратившись к системным программам для андроид, мы узнаем так много возможностей, реализация которых займет у нас изрядное время.

8. Во второй части учебника помещены таблицы названий нейтральных солей.

9. В третьей части дано описание химических операций, представлены препаративные приемы; воспроизведены рисунки химических приборов лабораторной посуды. Эта часть книги держится исключительно на личном опыте Лавуазье-экспериментатора. Рисунки и гравюры выполнены его женой Мари.

10. Два столетия отдаляют нас от времени создания «Начал элементарной химии». Отдаляют, но не отделяют: эта примечательная книга — пример продуктивной жизненности дидактического пособия, основанного на опыте собственной мысли и личного умения, опыте, сводящем воедино мир природный и мир человеческий.

Вадим Рабинович

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *